![На главную](/sites/mcb.nsc.ru/files/fck/top-logo/banner_small_left.jpg)
Что-то промежуточное
Сайт Ведомости Законодательного Собрания Новосибирской области 9 октября 2018 г.
Биолог из Новосибирска Ольга Посух рисует комиксы, чтобы популяризировать науку. Недавно в издательстве “Самокат” вышла её первая книга
Наука и комикс. Ещё недавно такое словосочетание могло вызвать лишь улыбку — что между ними может быть общего? Теперь, когда популяризация научного знания становится всё более разнообразной, стало ясно, что и комикс может послужить распространению научных идей. Особенно, если его рисует не просто талантливый художник, но и настоящий учёный — такой как кандидат биологических наук, научный сотрудник Института молекулярной и клеточной биологии СО РАН Ольга Посух, чья первая книга комиксов из серии “Микросупергерои” недавно увидела свет в издательстве “Самокат”.
— Ольга, расскажите о том, как вы пришли в науку?
— У меня родители учёные, мама — биолог, папа — физик, в семье всегда царил культ науки, поэтому вариантов особо не было. Правда, идти по стопам родителей меня никто не заставлял, и в школе я планировала поступать в архитектурную академию. Мои планы родители всячески поддерживали, но в то же время подсознательно в голове всегда сидела мысль о том, что быть учёным — очень важно и ценно. Я год ходила в академию на подготовительные курсы, но так получилось, что вступительные экзамены туда проводились на две недели позже, чем в НГУ. А все мои друзья пошли поступать именно туда, и тут я подумала: “А почему бы и мне не попробовать?” Пошла — и поступила на биологию! Так моя судьба и определилась, и, как мне кажется неплохо, поэтому я ни о чём не жалею.
— А рисование откуда?
— В четыре с половиной года меня отвели в художественную школу. Это было рановато — обычно детей туда отправляют лет в шесть, но рисовать мне ужасно нравилось. Проучилась я там больше одиннадцати лет, выпустилась, когда мне было 15, и там-то у меня и возникли планы на архитектурный. Но архитектором не стала — и слава богу. Зато теперь получается синтезировать науку и искусство. Не хочу называть его рисовальным, для меня это просто некий другой язык, на котором я тоже говорю о науке.
— Как у вас появилось желание совместить науку и рисование?
— Тут тоже воля случая. Началось это четыре года назад. Информационный портал “Биомолекула.ру” много лет подряд публикует научно-популярные материалы по биологии и регулярно проводит конкурс научно-популярных статей для самых разных участников — от школьников и студентов до кандидатов наук. Один раз я отправила туда статью, а в 2014 году решила поучаствовать ещё раз, но писать текст было настолько лень, что я решила — а нарисую-ка комикс! Я как раз тогда начала интересоваться комиксами — покупать их, читать, пытаться рисовать свои. Так почему бы не сделать научный комикс? В то время наша лаборатория в коллаборации с Институтом медико-биологических проблем в Москве проводила очень яркий эксперимент, отправив на два месяца в космос наших мух-дрозофил. После их возвращения мы изучали, как у мух поменялась экспрессия генов. Этот эксперимент я и описала в комиксе и в итоге получила приз. Так и поняла, что рисовать науку — это действительно очень интересно: с помощью комикса можно изобразить всё что угодно так, что будет понятно не только биологам, но и всем остальным. Затем я победила в научных боях “Сайнс Слэм” — это стендап-шоу, в котором молодые учёные со сцены рассказывают о своей работе. Я изобразила в комиксах те биологические процессы, которые изучаю. С тех пор я нарисовала несколько научных комиксов, ко мне стали обращаться другие учёные с просьбой нарисовать им рисунки к статьям. Так они появились в одном из самых крутых научных журналов Cell — там я проиллюстрировала статью об устройстве ядерных пор. Вообще графический абстракт, то есть аннотация к научной статье в виде небольшой инфографики, сейчас очень популярная тема в научных журналах. Но поскольку авторы не включают логику иллюстратора, если пытаются рисовать сами, то картинки у них получаются унылые. А мне кажется, что я одновременно понимаю и учёных, и графический язык, которым могу пересказать то, что они рассказывают, понятнее и привлекательнее.
— Много сейчас таких авторов научных комиксов, как вы?
— Пока нет, но интерес к науке в широких слоях растёт, и молодые учёные и иллюстраторы так или иначе пытаются попасть в эту художественную струю. Теперь и на той же “Биомолекуле” появилась номинация “Наглядное о ненаглядном”, побуждющая учёных рисовать или снимать мультфильмы о науке.
— Как происходит рождение научного комикса у его автора?
— Всё зависит от задачи. Надо ухватить основную мысль и понять, как изобразить её доступно, а тут всё завязано на визуальных метафорах. Для себя нужно уяснить основные этапы процесса, который описывает статья, и придумать на их основе понятную историю с реальными персонажами или придумать бытовую ситуацию, которая сможет отобразить суть этого процесса.
— “Герои” вашей книги — тихоходки — чем вас привлекли?
— Биологи давно знают, что тихоходки — самые крутые существа на нашей планете. Им не страшны никакие природные катаклизмы, они переживут даже такие условия, которых на планете может никогда и не возникнуть — им нипочём давление в 6 тысяч атмосфер, которое можно создать только в лабораторных условиях, вакуум, радиация. О тихоходках, о том, как их изучают, о том, как устройство их организма позволяет выживать этим насекомым в экстремальных условиях, написано огромное количество статей. Но среди людей, далёких от науки, о тихоходках мало кто знает. А мне хотелось бы, чтобы про этих “суперменов” знали все — и дети, и взрослые. Отсюда родилась идея серии книг про самые яркие примеры того, как удивительно устроена живая природа. Я решила начать с тихоходок. Это не художественная книга с выдуманным сюжетом, а познавательный нон-фикшн, где собраны и объяснены самые интересные факты о тихоходках. Труднее всего было понятно объяснить для детей все эти сложные вещи о молекулярных механизмах защиты от повреждений ДНК, других молекул у тихоходок. И думаю, удалось. При этом книжка в первую очередь иллюстрированная, иллюстрации сами объясняют суть, а не имеют вспомогательный характер.
— Продолжение серии будет?
— Обязательно! Издательство “Самокат”, где напечатана книга, заинтересовано, чтобы издания выходили сериями, поэтому это только начало серии “Микросупергерои”. Первая книжка — про самых живучих, следующие будут про каких-нибудь других самых-самых, но про кого — пока секрет.
— Вы сами решаете, про кого писать, или предлагает издательство?
— Идеи предлагаю я, я — и эксперт, и художник, и автор текста, а со стороны издательства — помощь редакторов.
— Вы устраивали выставки своих работ?
— В основном в библиотеках: прошлой осенью — в юношеской библиотеке, этой весной — в областной научной библиотеке в рамках фестиваля “Другие книги”. А ещё были выставки в Санкт-Петербурге, за границей — в Хельсинки, швейцарских Лозанне и Люцерне на фестивалях комиксов.
— Мастер-классы по рисованию для учёных не проводите?
— Прицельно пока нет: желающие есть, но, чтобы набрать группу для мастер-класса, их ещё мало. А для детей устраиваю часто. Например, в прошлом году на красноярской ярмарке книжной культуры КРЯКК, где тоже была выставка комиксов, давала мастер-классы для детей и иллюстраторов.
— Получается, направление научных комиксов сейчас на подъёме?
— Да, но расцвет его ещё впереди. Приятно, что популяризация науки сейчас набирает обороты, устраивается множество мероприятий на эту тему. Делать научные знания популярными можно в разных форматах, а комиксы — как очень доступный способ рассказывать сложные вещи — в этом плане один из самых перспективных.
— Есть ли такая наука, “нарисовать” которую невозможно?
— Думаю, нет: нарисовать можно всё, что угодно. Или снять про это мультфильм. Года три назад мы с коллегами из творческого пространства “Цоколь” в Академгородке организовали уникальный образовательный проект — Лабораторию научной анимации, куда приглашаем учёных из разных областей и по их рассказам снимаем с детьми мультфильмы. У нас были фильмы о математике, геологии, кристаллах, сейчас снимаем мультфильм по ядерной физике. Я один из руководителей этого проекта: сначала мне самой хотелось снимать мультфильмы, а потом оказалось, что с детьми это делать гораздо интереснее. Следующий мультфильм у нас будет палеонтологическим — мы нашли эксперта из Института археологии; потом лингвистический и так далее.
— В чём заключается ваша научная работа?
— Мы в лаборатории сейчас занимаемся двумя параллельными проектами. Первый — репликация хромосом мух-дрозофил. Генетическая информация “записана” в ДНК, а ещё есть эпигенетическая информация — она “записана” на молекулах, на которые спираль ДНК “намотана”. И мы как раз изучаем разные принципы того, как эта эпигенетическая информация передаётся в ходе репликации. А новый проект — изучение импринтинга. Наследование генов у большинства организмов идёт по законам, которые открыл ещё основатель генетики Мендель, но у некоторых организмов всё происходит не так: общие законы генетики у них нарушаются, и целые наборы хромосом или отдельные хромосомы не передаются следующим поколениям. Этот процесс — импринтинг — мы изучаем на удивительных объектах. Например, на мучнистом червеце. Это такое замечательное животное, у которого отцовский геном полностью исключается из передачи в следующее поколение. Есть ещё грибной комарик, у которого самцам не передаётся отцовская X-хромосома. Импринтинг наблюдается и в некоторых раковых клетках, поэтому понять его суть очень важно.
— Из кого состоит ваша семья? Как проводите свободное время?
— Муж, родители, собака и кот — вот и вся моя семья. А свободного времени нет вообще. Если появляется — рисую или гуляю.
— Как бы вы определили себя одним словом?
— Сложно сказать. В среде художников я обычно говорю, что учёный, а среди учёных — говорю, что художник, и это мне помогает. Это как енотовидная собака, которая и не енот, и не собака, а что-то промежуточное. Так, наверное, и я — не учёный и не художник!
Виталий Соловов | Фото Валерия Панова